Кармен (опера)

Жорж Бизе

Действие происходит в Севилье (Испания) в первой половине XIX века.

 

Действие первое.

Площадь в Севилье. Жаркий полдень. В ослепительном сиянии солнца непрерывным потоком снует оживленная, пестрая толпа.
Расположившись у входа в казарму, солдаты курят, шутят, разглядывают девушек. Сержанту Моралесу приглянулась одна из них — вон та, с узелком в руках. Свежа, застенчива, две светлые косы,— видно, нездешняя. Привет сеньорите!
Девушка нерешительно приближается. Она ищет бригадира... «Рад служить!» — приосанивается Моралес. Нет, ей нужен сержант дон Хозе. Он здесь? Солдаты, окружив ее, объясняют: Хозе — бригадир другого экскадрона, скоро приведет им смену. Прелестная сеньорита может подождать его тут, среди них. Но девушка, вспыхнув, отказывается. С их позволения, она зайдет позже.
Упорхнула пташка,— вздыхают солдаты. Впрочем, сетовать нечего — в Севилье красоток немало. Сейчас конец дежурству — уже слышны дробь барабана, флейта. По мосту впереди военных маршируют мальчишки, возле казармы собрались зеваки — как не поглазеть на смену караула? «Тебя искала красотка™ вся в голубом»,— уходя, подмигивает дону Хозе Моралес. «Это Микаэла, односельчанка»,— объясняет Хозе.
Новая смена ставит ружья в козлы. Часть солдат уходит в помещение, часть остается у входа. Любвеобильный капитан Цунига, покручивая усики, смотрит на расположенную против казармы табачную фабрику. Говорят, в сигарном цехе задорные девчонки. «Меж ними много ль красивых?» — спрашивает он сержанта. Тот, усевшись на скамью, плетет латунную цепочку,— как истый наваррец, Хозе не выносит безделья. Что же касается девчонок». Они не интересуют его.
Звон колокола на табачной фабрике извещает об обеденном перерыве. На площадь гурьбой высыпают разбитные; веселые работницы. К ним спешат поджидавшие их молодцы Но где же Кармен? — спрашивают многие. Где Кармен- сита? А... Наконец-то!
Иссиня-черные блестящие волосы. Огромные сверкающие глаза. У яркого, низко вырезанного корсажа пучок акации... Встреть кто-либо такую у них в Наварре, перекрестился бы,— отворачивается от цыганки Хозе.
Однако Кармен не смущается. Отстранив поклонников — «Вас когда полюблю? Сама не знаю... Сегодня ж нет!» — она, подбоченясь, подходит к суровому сержанту. Заговаривает, смеется. Приплясывая, поет хабанеру: «Меня не любишь ты, зато тебя люблю я... Так берегись любви моей!» А когда колокол призывает работниц на фабрику, Кармен, убегая, с вызовом бросает Хозе ветку акации. Цветок попал ему между глаз, словно пуля! Чертова девка, подальше от нее! И все же, помимо воли, Хозе украдкой поднимает упавшую к его ногам ветку. Как она благоухает! Или это чары?
Если чары, то они не сильны — приход Микаэлы отвлекает Хозе от цыганки с ее цветком, который он небрежно сует в карман своей куртки. Скромная, добрая Микаэла принесла письмо от его матери, гостинец. И поцелуй...— смущается девушка. Взволнованные, вспоминают они родимый край, весну, фиалки, день их помолвки. После окончания службы Хозе возвратится* в Наварру, они повенчаются...
Многое им надо еще сказать друг другу, однако пора расстаться: Хозе в карауле. Проводив невесту, он, растроганный, перечитывает письмо от матери. Родимая! «Тебе послушен я». Мне будет Микаэла верною женою...»
И вдруг...
— Кармен! Кармен! — проносится крик по площади. Из фабричных ворот выбегают работницы. На крыльцо казармы выходит Цунига с солдатами. Что приключилось? Работницы наперебой стрекочут: Кармен, поссорившись с подругой, полоснула бедняжку ножом! По приказанию Цуниги, Хозе приводит виновную; сержант оглядывает ее с головы до ног. Придется отправить в тюрьму! «Жалко, ведь она недурна-.» Однако ничего не поделаешь. Сейчас он напишет приказ, а сержант пока посторожит красотку.
Хозе отводит глаза от цыганки. Взгляд ее дерзок, настойчив. Как ей не стыдно смеяться, дразнить Цунигу? «Помолчи!» — говорит он строго, когда капитан и солдаты отправляются в казарму. Но Кармен, подойдя к нему вплотную, шепчет о любви, о кабачке Лильяса Пастья близ Севильи. Там они встретятся, если сержант отпустит ее. Любовь... Любовь...— «Помолчи!» — Но голос Кармен, ее обещания дурманят ему голову.
Капитан приносит приказ заключить Кармен в тюрьму. «Смотри за ней построже»,— напоминает он сержанту. Но подаренная цыганкой ветка акации, должно быть, действительно заколдована. Иначе Хозе не принимал бы ложь за правду, не был бы как пьяный, не согласился бы, забыв долг солдата, отпустить колдунью-. Едва он доводит цыганку до моста, как происходит нечто странное.- Ловко изогнувшись, Кармен толкает сержанта в грудь и под громкий хохот товарок исчезает в толпе. Сущее наваждение! — хохочут работницы.

Действие второе

. Кабачок Лильяса Пастья близ Севильи. Как всегда, тут людно, шумно, весело. Звенят гитары, слышится смех, пляшут цыганки.
Кармен тоже здесь. Сегодня она задумчива. Не смеется, мало разговаривает, рассеянно слушает комплименты влюбленного в нее Цуниги. Даже знаменитому тореадору Эс- камильо, заглянувшему в таверну, чтобы распить с друзьями бутылку вина, не удается привлечь ее внимание. Правда, после рассказа любимца Севильи о бое быков, об опасности, о награде за опасность: «Испанок жгучие глаза смотрят страстно, и ждет тебя любовь!» — Кармен на миг оживляется. Однако при попытке увлеченного ею Эскамильо удостоиться награды заранее она дает отпор. Подальше! Знаменитому тореро она может подарить лишь надежду.
Но время закрывать таверну. Хозяин просит гостей разойтись. «Надежду терять все же нет основания!» — прощается с Кармен Эскамильо. «Я возвращусь!» — бормочет разомлевший Цунига. Оба получают короткий совет не тратить силы попусту.
Лильяс Пастья захлопывает за посетителями дверь. Теперь начинается главное — ведь таверна не только место для отдыха и развлечений. Это притон контрабандистов. Их главари — Ремендадо и Данкайро — объявляют: нынешней ночью предстоит золотое дельце, в нем примут участие женщины. Там, где надо обвести вокруг пальца, отвлечь внимание, женщины незаменимы. Однако Кармен неожиданно отказывается от выгодного предприятия. Она не пойдет. Не может. Она ждет того, кого полюбила. Да, молодого сержанта Хозе, угодившего из-за нее в тюрьму. Сегодня его освободили.- Пусть все убираются отсюда! Разве они не слышат его песню, его шаги на улице? Контрабандисты уходят в другую комнату. Возражать Кармен, когда она влюблена, бесполезно. Она словно одержимая.
Кармен ждет, Кармен любит.» Ее гибкие руки обвиваются вокруг шеи Хозе. Она целует, танцует, поет. Стройные ноги едва касаются пола, призывно звучат кастаньеты, шаль вьется вокруг Хозе, будто пламя, в огне которого исчезает все, чем он жил раньше,— родина, мать, невеста. Кармен! Цветок, который она ему подарила, у него на груди. Даже сейчас он источает пряный, влекущий аромат! Кармен! Кармен!
Однако услышав отдаленный звук горна, Хозе как бы просыпается. Играют зорю, он должен быть в казарме. Кармен поражена. Покинуть ее? Покинуть сейчас?! Он сошел с ума! Она просит остаться, обнимает, настаивает, грозит разрывом Тщетно. Хозе—солдат, честь солдата требует явиться на перекличку. Прощай, Кармен!
Но то, чего не могла добиться любовь, делает ревность. На пороге таверны Хозе сталкивается с капитаном Цунигой. К красотке пришел на свидание офицер, солдату здесь не место,— надменно приказывает Цунига. И Хозе, потеряв голову, обнажает саблю.
Вбежавшие в комнату контрабандисты, разняв соперников, уводят Цунигу. Теперь у Хозе не осталось даже воинской чести, его ждут тюрьма и виселица. Ждут свобода и любовь! — торжествует Кармен. Он, вольный контрабандист, уйдет с ней в синие горы. Конь помчит их по лугам, сквозь леса к самому дорогому — свободе. К свободе и любви!

Действие третье.

Дикая гористая местность. Ночь. Между отвесными скалами пробираются контрабандисты с тюками на плечах. Внимание! Каждый знает: неверный шаг несет гибель... Данкайро указывает место, где сложить груз. Пока он разведает, свободен ли путь, люди могут отдышаться.
Цыганки Фраскита и Мерседес, примостившись у ручья, раскладывают карты. Фраските — красавец, Мерседес — деньги!
К подругам присоединяется Кармен. Что предскажу- Щ карты ей? Пики! Снова пики! Смерть! В который рал она вопрошает судьбу, в который раз — тот же ответ. Смерть- Взгляд Кармен отыскивает среди контрабандистов Хозе. Что поделаешь? Любовь приходит и уходит. Ее крыльев не связать...
Хозе, стоя на краю обрыва, смотрит вдаль. Там, за горой, живет его мать. Что думает она о дезертире-сыне, покинувшем ее на долгие месяцы? Покинувшем во имя чего?
Возвращается Данкайро. Если женщины сумеют отвлечь внимание таможенной охраны, пройти можно. Кармен, Мерседес, Фраскита — вперед! За ними мужчины Часть товаров останется под охраной Хозе.
Стиснув зубы, Хозе уходит последним Осточертело ему это проклятое ремесло! А Кармен... Вместо того чтобы быть с ним, она кружится и звенит монистами перед каждым встречным.
Цепочка людей с тюками скользит по мшистым склонам вниз. Горы погружаются в тишину и мрак — острый серп месяца слишком тонок, чтобы осветить их громады. Словно тени возникают у ручья две фигуры — проводник и Микаэла. Указав: здесь притон контрабандистов,—проводник исчезает.
Микаэла озирается. Так вот куда завлекла злая цыганка несчастного Хозе! Как все зловеще кругом... Сердце замирает при виде страшных стремнин, которым нет дна. Но Микаэла, поборов страх, дождется Хозе. Уведет его в родимый край, там они вместе искупят его грех. В этом поможет ей Господь и ее любовь... Однако кто-то идет сюда, лучше спрятаться за выступ. Всевышний, это Хозе! Тяжелый шаг старика, крестьянская одежда, угрюмое лицо... Как он изменился! Что он делает? Вскидывает ружье, стреляет! В кого?
Из-за скалы появляется Эскамильо. Его шляпа пробита пулей. «Взял бы чуть пониже, приятель, и был бы мне конец»,— говорит он весело. Хозе исподлобья оглядывает мужественную, статную фигуру пришедшего. Верно, он мог застрелить незнакомца, который неизвестно зачем бродит в этих местах. Эскамильо беззаботно смеется. Опасность ему привычна, такова его профессия тореадора. А здесь он недаром — его влечет ск#*а любовь. Ради Кармен он готов пожертвовать жиз-
вью. Кармен?! — переспрашивает Хозе.— Тореро пришел за |^»рмен?! Знает ли он, что за это... Эскамильо начинает пони- 9е мать. Видно, сеньор, продырявивший ему шляпу, и есть тот самый дезертир-солдат, которого увлекла цыганка? Завидо- вать ему не приходится: Кармен любит другого!.. Соперники к выхватывают ножи. Пусть их рассудит рок!
Перевес на стороне Хозе — у Эскамильо ломается нож.
Хозе заносит свой... Но Кармен, взбежав по тропинке, ста-новится между противниками. За ней толпятся контрабан-дисты. Тореадор, накинув плащ, благодарит Кармен, откла-нивается. До новой встречи, солдат! А сейчас Эскамильо приглашает всю честную компанию на бой быков в Севилье. Кто любит, тот придет,— добавляет он, глядя на Кармен. До скорого свидания!
Ремендадо и Данкайро удерживают дрожащего от бешенства Хозе. Некогда, надо нести товары, благо олухи из таможенной охраны ослепли, словно кроты, от женских чар. «В дорогу!» — отдает распоряжение Данкайро. Однако Ремендадо останавливает контрабандистов: за скалой кто-то прячется. Микаэла?! — поражен Хозе. Что привело ее сюда?
Желание спасти его! В родимом доме его ждет старуш-ка мать. Он должен уйти из этого ада! — умоляет Микаэла.
Кармен, улыбаясь, поглядывает на Хозе. Обманчивая улыбка, как обманчиво в ней все. Да,— говорит она насмеш-ливо,— ему лучше отправиться домой. Им теперь не по пути.
Глаза Хозе наливаются кровью. Кармен смеет говорить это ему, потерявшему из-за нее все! Она хочет избавиться от него, чтобы... Нет, он не уйдет! Сам дьявол связал его с колдуньей!
. Тогда Микаэла решается. Мать Хозе при смерти, меч-тает благословить сына... Пойдем, Хозе! Пойдем! Лицо Хозе искажается. Хорошо, он уходит. Но... Он оборачивается к Кармен: «Помни: встретимся мы вновь!»
Действие четвертое. Площадь перед цирком в Се-вилье. Нарядная, жаждущая развлечений публика толпится у входа в цирк, прогуливается мимо палаток с товарами, шумит, перекликается, отпускает шутки, смеется. Знатные дамы, офицеры, простолюдины, солдаты,— кажется, собрал- с я весь город, единодушный в жадном стремлении видеть бой быков. Капитан Цунига, забыв неудачу с Кармен, покупает очередной красотке сладости. Под руку с кавалерами фланируют Фраскита и Мерседес. Карты предсказали правильно: Фраските — красавец, Мерседес — тугой кошелек.
Идут! Идут! — оповещают прибежавшие мальчишки. На миг площадь, как бы набираясь сил, замирает. Потом разражается громом ликующих возгласов.
Важно выступают сытые, самодовольные альгвазилы . Гнать их! Долой! — негодует толпа. Весело шагают в расшитых золотом костюмах кюлос . Привет отважным! С ними — бандериллерос . Браво храбрецам! Пикадоры , блестящие пики которых скоро обагрятся кровью. Браво! Браво!- «А вот и он! А вот и он!» —\\кричат мальчишки.
Показывается кумир Севильи Эскамильо. Рядом с ним счастливая, роскошно одетая Кармен. В воздух летят цветы, сомбреро, платки, веера. Ура! Да здравствует тореро! — неистовствует публика. «Твоя я навеки! — клянется новому избраннику Кармен, провожая его до двери цирка.— Твоя! Люблю!»
К ней приближаются Фраскита и Мерседес. Осторожнее! В толпе они видели Хозе, он следит за ней. Кармен гордо вскидывает голову. Она готова к встрече.
На арене звучат фанфары — бой быков начинается. Толпа с шумом вливается в двери цирка. Устремляется туда и Кармен. Но дорогу ей преграждает Хозе. Что ж, она знает, зачем он пришел,— смело говорит Кармен.
Хозе изумлен. Пригнали его сюда ненависть, жажда мести. И вот глаза Кармен снова совершили чудо: он любит! Кармен. Он не угрожает, он все простил- «Невозможно! Прошлого не вернуть»,— в голосе Кармен нетерпение. «Браво, тореро, браво!» — раздаются выкрики из цирка. Кармен, топнув ногой, хочет уйти. Это яснее слов, однако Хозе делает последнюю попытку. Он обожает ее! Они уедут вместе, начнут новую жизнь. Не хочет? Хорошо, он станет бандитом, вором, кем угодно... «Пропусти!» — требует она и, сорвав с пальца подаренное им кольцо, отшвыривает его прочь. Свободной она родилась, свободной и умрет!
Словно искра вспыхнуло кольцо в лучах солнца, ослепив Хозе. С ножом бросается он на Кармен- «Победа! Победа!» — торжествует цирк. Радостно звучат фанфары. На площадь выходит окруженный толпой Эскамильо. «Арестуйте меня! Пред вами ее убийца!» — падает к ногам мертвой Кармен Хозе

Дополнительная информация